Как передают оккупационные источники со ссылкой на главарей чеченских мунафиков, в Гудермесе сложили оружие около 50 «моджахедов», которые предстали перед телекамерами, что бы запечатлеть свою «явку с повинной и возвращение к мирной жизни».
По утверждению марионеток и оккупантов, среди сдавшихся «моджахедов» командиры нескольких районов и населенных пунктов и даже один «шеф разведки», который «подчинялся лично Масхадову».
Однако после того, как марионетки предъявили журналистам своей «улов», как и предполагалось ранее, стало ясно, что среди сдавшихся нет ни одного воюющего моджахеда, даже рядового. В качестве «вещественного доказательства» представлены лишь такие «амиры», как некий «командир батальона Ичкерии» (так по тексту сообщения) Али Сулейманов, некто Ахмед Муталипов, представленный в качестве бывшего начальника Старопромысловского районного отдела Министерства Шариатской Безопасности Ичкерии, анонимный «амир» Надтеречного района, а также некий Арби Хабаев, заявленный как «начальник департамента криминальной службы МВД Ичкерии» и Руслан Исрапилов, которого представили в качестве «командира» ополчения Шелковского района.
Если про «командиров» Али Сулейманова, Руслана Исрапилова (который, как оказалось, всю войну просидел в Баку) и анонимного «амира» вообще нет никаких сведений и моджахедам указанные «амиры» не известны, то о Муталипове, кое что известно. Например, что перед началом войны он был уволен, а с началом военных действий в 1999 году «бывший начальник» перебрался в Ингушетию. После этого след Муталипова теряется.
Что касается Арби Хабаева, «начальника департамента криминальной службы МВД Ичкерии», то эта фамилия мелькала еще во времена Джохара Дудаева. О его деятельности также нет никаких сведений.
Еще один «сдавшийся», Шарпуди Тасуев, проходящий в пропагандистских списках ФСБ как «начальник особого отдела штаба Ичкерии» (так по тексту), фактически признал, что вообще не воевал и никогда не имел ничего общего с Басаевым и Умаровым.
Других «амиров» и «командиров» журналистам предъявлено не было.
До сих пор оккупационная пропаганда заявляла о 130 «сдавшихся моджахедах», которые «поверили Патрушеву и вернулись к своим семьями». Очередная явка с повинной стала «самой массовой сдачей боевиков» и это при том, что еще совсем недавно оккупанты и марионетки заявляли, что в горах Чечни осталось не более 70 моджахедов. Сегодня, после очередной партии «раскаявшихся» марионетки заявляют, что теперь в горах осталось не более 60 человек, среди которых 20 арабов.
В этой связи остается напомнить, что чеченское командование уже не раз заявляло, что так называя «добровольная сдача» в плен является ничем иным, как обыкновенной дежурной пропагандистской акцией, которая проводится Москвой регулярно вот уже на протяжении 7 лет. И если в прошлом (2000–2002 годах) среди переметнувшихся на строну оккупантов и встречались некоторые «бывшие боевики», то в последнем случае нет ни одного реально воюющего моджахеда, который сложил бы оружие. Все без исключения «сдавшиеся моджахеды» либо были ранее похищены оккупантами и марионетками жителями ЧРИ, некоторые из которых принимали участие в первой войне, либо вообще не принимали участие в боевых действиях с началом новой агрессии РФ против ЧРИ в 1999 году.
КЦ
Наша кнопка
версия для печати
