Google против ФСБ и «завербованного агента» МИ6 Жарко

Как сообщают российские СМИ, Федеральная служба безопасности обнародовала фамилию россиянина, который после пресс-конференции в «Интерфаксе» бизнесмена Андрея Лугового обратился в ФСБ с заявлением о его вербовке сотрудниками британской разведки MI6.

Вячеслав Жарко, о котором сообщается лишь, что он — бывший сотрудник российских силовых структур, «рассказал, когда, кем и при каких обстоятельствах он был завербован, назвал конкретные имена сотрудников британской разведки, какие выполнял задания», — сообщил в пятницу «Интерфаксу» представитель ЦОС ФСБ.

В программе «ЧП. Расследование», вышедшей в эфир телеканала НТВ в пятницу вечером, сам Жарко рассказал о том, что он якобы был завербован MI6 при непосредственном участии Бориса Березовского и Александра Литвиненко. (Lenta.ru) <

*******

Комментарий Чеченпресс.

Если в поисковой системе Google сделать запрос «Вячеслав Жарко», то можно обнаружить любопытный документ. Это письмо журналиста Юрия Щекочихина Путину. Напомним, что Щекочихин умер от отравления, в котором независимые эксперты подозревают российские спецслужбы. Приводим текст письма Щекочихина полностью:

Президенту Российской Федерации

В. В. Путину

Уважаемый Владимир Владимирович!

Меня крайне удивило, что в то время когда весь мир занимается борьбой с терроризмом, ФСБ России занимается моей скромной персоной, нарушая ст. 96 Конституции РФ о неприкосновенности депутата Государственной Думы.

Вы, надеюсь, помните скандал вокруг «Трех китов». Для меня было большой неожиданностью, что после заседания Комитета по безопасности Государственной Думы и моей публикации в «Новой газете» по этому поводу, следователь по особо важным делам Павел Зайцев, расследовавший это уголовное дело, был вызван на допрос в ФСБ РФ, но не для того, чтобы выяснить истину о мафиозной структуре, а только из-за меня — заместителя председателя Комитета Государственной Думы по безопасности и члена Комиссии по борьбе с коррупцией в высших органах государственной власти.

Я бы не придавал этому факту особого значения, если бы не одно обстоятельство.

Несколько лет назад молодой оперативный сотрудник Налоговой полиции г. Санкт-Петербурга Вячеслав Жарко передал мне документы, которые свидетельствовали о том, что в бухтах ВМФ России Лебяжий и Ломоносово заходят корабли без пограничного и таможенного досмотра.

На документах, разрешивших эту финансовую авантюру, было несколько подписей: от тогдашнего вице-премьера Сосковца до Вашей, Владимир Владимирович.

М.Б. Катышев, бывший то время первым заместителем Генерального прокурора, ознакомившись с документами, представленными Жарко, дал указание возбудить уголовное дело и создать оперативно-следственную группу Генпрокуратуры.

Именно по этому уголовному делу был арестован руководитель «Русского видео» Дмитрий Рожденственский. Но, к сожалению, следственная бригада под руководством Лысейко, из-за политических мотивов занималась лишь хищением денег холдингом «Медиа-мост», «забыв» о материалах по Морскому департаменту «Русского видео».

При расследовании этого уголовного дела мне не раз приходилось вылетать в Санкт-Петербург для организации защиты и безопасности Жарко, поскольку его жизни угрожала реальная опасность. И Полтавченко, бывший в то время начальником налоговой полиции гор. Санкт-Петербурга, и Черкесов, бывший начальником УФСБ Санкт-Петербурга, попросту испугались помочь молодому оперативнику в расследовании этого громкого уголовного дела. Я был очень удивлен, что, именно, Жарко был вызван из Санкт-Петербурга для исполнения технической операции по задержанию В. Гусинского.

Не хочу утруждать Вас подробностями этого уголовного дела, хотя я думаю, что Вы с ними знакомы. Речь о другом. В. Жарко, уже перешедший из налоговой полиции в ГРУ МО РФ, в декабре 2001 был задержан в аэропорту «Шереметьво-1» по сфальсифицированным материалам — использование подложного паспорта и незаконный переход границы — был арестован с санкции заместителя Генерального Прокурора РФ и водворен в Лефортово. Арест, да еще с санкции столь высокого чиновника, по уголовному делу, предусматривающему наказание не более двух лет лишения свободы, и последующее изменение меры пресечения с санкции Генерального прокурора В. В. Устинова, могли бы показаться невероятными, если бы не одно обстоятельство. Во время нахождения Жарко в Лефортовском следственном изоляторе, оперативные сотрудники ФСБ «кололи» (я намеренно употребляю это слово) его, выясняя имеются ли в его распоряжении документы по этому уголовному делу с Вашей подписью. Что особенно возмутило меня, что эти сотрудники пытались получить от Жарко признание в том, что он и я были связаны Б. Берзовским. Во время этих бесед было сказано, что я ежемесячно получал по 50 000 долларов от Березовского, часть из которых я передавал Жарко, а он в свою очередь — М. Б. Катышеву.

Владимир Владимирович, с Б. Березовским я общался единственный раз в жизни в здании Государственной Думы. Уж так случилось.

Но самое главное, мне не нравится, что я, заместитель председателя Комитета Государственной Думы стал «разрабатываемым» сотрудниками ФСБ. Мне не нравится, что мои телефоны прослушиваются и что кто-то упорно пытается найти способ дискредитировать меня.

Уважаемый Владимир Владимирович! Я не думаю, что это письмо попадет Вам в руки. Однажды я направил Вам письмо по поводу господина Хапсирокова, одной из самых одиозных фигур, рассматривавшихся на комиссии по борьбе с коррупцией еще в прошлом составе Государственной Думы. Это было тогда, когда он стал помощником Руководителя Вашей администрации. В этом письме я писал Вам о том, что Вы хотите создать команду, а вокруг собирается стая. Получив ответ от клерка из Администрации, я понял, что стая уже собралась и она сильнее команды. Именно поэтому копии этого письма я передам Председателю Государственной Думы и руководителю фракции «Яблоко», членом которой я являюсь.

С уважением,

Заместитель председателя

Комитета Государственной Думы

по безопасности,

член Комиссии Государственной Думы

по борьбе с коррупцией в высших органах

государственной власти,

депутат фракции «Яблоко»
Ю. П. Щекочихин

Чеченпресс