Несколько лет назад мы с женой решили съездить в Таллинн — встретить Новый Год и посетить друзей. Украина не имеет общей границы с Эстонией, поэтому самый короткий и удобный путь из Киева (где мы живем) в Таллинн лежит через Россию, а именно — через Петербург. По крайней мере, так мы тогда думали. Без особых проблем взяв железнодорожные билеты с пересадкой в «Северной Пальмире», мы отправились в путешествие. Лучше бы мы этого не делали! Но расскажу по порядку.
Поезд Киев — С-Петербург проходит транзитом через Белоруссию. На украинско-белорусской границе у нас, как полагается, пограничники проверили документы, таможенники задали несколько формальных вопросов — например, что мы везем и ничего ли не хотим задекларировать. В этом ничего необычного нет — такие вопросы задают таможенники всех стран. Как и у любых нормальных граждан, у нас с собой была небольшая сумма в долларах США, которую мы собирались потратить по своему усмотрению.
Въезжая в чужую страну, в данном случае — в Белоруссию, я посчитал необходимым осведомиться о ее таможенных правилах. В частности, я спросил у белорусских таможенников, нужно ли декларировать сумму, которую мы ввозим на территорию страны. Услышав количество провозимых денег, таможенники улыбнулись и казали, что, разумеется, не нужно. Мы, разумеется, им поверили. Знать бы нам, как мы ошибались…
Белорусско-российскую границу поезд проходил ночью. Но на ней не остановился — к тому времени уже существовало «союзное государство», а в результате границы как таковой уже не было.
Нет границы — значит, нет контроля, нет таможенников, нет отметки в паспорте о въезде в Россию. Нас, впрочем, это не очень беспокоило. Как оказалось, зря. Поезд Петербург — Таллинн на русско-эстонскую границу прибыл в 3 часа ночи. Нашим первым впечатлением стала русская пограничница — молодая, симпатичная девица лет 25, зашедшая в вагон, набравшая полную грудь воздуха и истошно заоравшая: «Почему пассажиры спят?!!»
Интересно, а что еще нам было делать в 3 часа ночи? Впрочем, после ее вопля все 54 пассажира плацкартного вагона, разумеется, проснулись — удивляюсь, как это никто с верхней полки не упал!
Продрав как следует глотку, мадам офицерша приступила к проверке документов. Взяв наши паспорта, она попыталась прочитать фамилии, которые в украинских паспортах печатаются по-украински и по-английски. Сделать она этого… не смогла! Хотя у нас довольно обыкновенные для русского уха фамилии, офицерша, несколько раз переврав их звучание, в конце концов, просто перед нами тыкнула пальцем в список пассажиров…
А потом явился русский таможенник. Задав несколько вопросов, в том числе о цели поездки, он, наконец, спросил, сколько у нас с собой денег. Мы честно ответили на этот вопрос, после чего услышали, что наши деньги, оказывается. являются… достоянием России! Оказывается, раз мы не предъявляем документ о происхождении денег, априори считается, что мы ограбили Россию на пару сотен долларов!
Вот так… Я пытался пояснить росмытарю, что мы в Россию не въезжали, а въезжали в Белоруссию, что в силу этого факта таможенной российской декларации у нас нет и быть не может! Что поезд по другому не ходит, а наши деньги никакого отношения к «достоянию России» не имеют, так как мы не имеем удовольствия (сомнительного, скажем прямо) быть ее гражданами… Таможенник был непреклонен — по его словам, мы ограбили Россию, а поэтому нас необходимо задержать для выяснения обстоятельств правонарушения.
Видя идиотизм ситуации, за нас вступились соседи по вагону — кстати, граждане России. Тогда бравый мытарь схватил наши паспорта и куда-то ушел. Мы, конечно, начали волноваться — стоянка поезда всего полчаса, а потом он идет на эстонскую сторону, куда нас вряд ли пустят без документов… Выходить на заснеженный русский полустанок в морозную ночь как-то не хотелось. К тому же в Таллинне нас должны были встречать друзья… Но за пару минут до отправления таможенник таки вернулся, спросил нас, где «на Украине» мы живем и, получив ответ, что в Киеве, отдал паспорта и ретировался.
Контраст от общения с пограничниками и таможенниками на эстонской стороне описать невозможно! Во-первых, они, войдя в вагон, поздоровались, после чего… извинились, что побеспокоили нас в такое позднее время! Милая женщина-офицер пограннконтроля без труда прочитала наши фамилии, причем по-украински. На вопросы, которые могли им показаться идиотскими, например, какую сумму валюты нужно при въезде декларировать, подробно и обстоятельно ответили. Правда, на жалобы пассажиров, как с ними (и нами) обращались их русские коллеги, сказали, что то, что происходит на «той стороне», к ним не относится. А в конце пожелали нам счастливого пути и приятного времяпровождения в Эстонии. Вот так-то…
Наученные горьким опытом, когда мы ехали назад тем же поездом, задекларировали всю наличность до последнего цента. А также ювелирные украшения, фотоаппарат, подарки — все, вплоть до наручных часов. А вдруг и это окажется «достоянием России»? Но наша декларация рустаможенника почему-то не заинтересовала. Зато в вагон заявилась дебелая тетка в сопровождении солдата с овчаркой, которая (собака, а не тетка) начала что-то вынюхивать в наших вещах. Тетка, тем временем, представилась «миграционным контролем», потребовала предъявить документы и, увидев украинские паспорта, сразу же осведомилась, в тот же день ли мы покинем Россию? Я сказал, что немного задержимся, на что она буквально позеленела.
Вот оно, воспетое в песнях русское «гостеприимство» и «радушие»! Окинув нас подозрительным взглядом, тетка спросила, с какой это стати мы собираемся задержаться в России? Жена ответила, что у нас уже есть билеты в Киев, после чего той явно полегчало — она без лишних слов шлепнула в наши паспорта штамп «иммиграционный контроль» (иммиграционных карточек тогда еще не было).
Мы, в свою очередь, не удержались и спросили, кого вынюхивает собака в вагоне? Тетка совершенно серьезно ответила, что… нелегальных мигрантов! Мы с трудом сдержали смех, и чиновница это явно заметила, потому что вскочила и ушла, не попрощавшись… Интересно, кто это в здравом уме будет бежать в Россию из Эстонии, да еще и нелегально?
Остаток путешествия прошел без приключений — ну разве что после общения с русскими таможенниками мы готовы были расцеловать родных, украинских. Честно говоря, с тех пор в Россию судьба ни меня, ни жену не заносила. И никому туда ехать не советуем — мы сполна хлебнули «великорусского гостеприимства». По моему глубочайшему убеждению, нормальному человеку в России делать нечего.
Но если все же у читателей возникнет такая необходимость, воспользуйтесь нашим опытом, и декларируйте все, что у вас есть — до последнего цента, или копейки, в любой валюте. А также все, мало-мальски ценные вещи — вплоть до часов и обручальных колец. А то, не дай Бог, они окажутся «достоянием России»…
Семен Птахив
Отдел писем
КЦ
Наша кнопка
версия для печати
