Британия, страна, которая давно гордится своей продовольственной безопасностью и «just-in-time»-логистикой супермаркетов, внезапно столкнулась с угрозой дефицита.
Согласно секретному правительственному анализу, обнародованному The Times, этим летом на полках Tesco и Sainsburys может не хватить куриного мяса, свинины и целого ряда других продуктов, если война в Иране затянется.
Речь идёт не о гипотетической катастрофе, а о вполне просчитанном «разумном худшем сценарии» под кодовым названием Exercise Turnstone.
Документ подготовлен в рамках заседаний Cobra — правительственного комитета по чрезвычайным ситуациям — с участием представителей Даунинг-стрит, Минфина, Минобороны, Минздрава, Минэнерго и Агентства по пищевым стандартам.
Сценарий датирован июнем 2026 года и предполагает, что Ормузский пролив остаётся закрытым, а долгосрочного мирного соглашения между США и Ираном нет.
Почему именно углекислый газ?
Ключевой уязвимостью оказался CO₂ — газ, который в современном агропромышленном комплексе играет роль «невидимого героя». Он используется:
- для «гуманного оглушения» при забое почти всей британской свинины и более двух третей кур;
- в упаковке для продления срока хранения салатов, нарезки, мяса и выпечки;
- в производстве газированных напитков и пива.
В худшем случае, по оценке аналитиков, поставки CO₂ упадут до 18 % от текущего уровня. Причина — комбинация факторов: блокада Ормузского пролива (через который проходит до 20 % мировой нефти) провоцирует скачок цен на газ; европейские заводы по производству аммиака и удобрений (основной источник CO₂ как побочного продукта) сокращают выпуск; плюс возможная поломка на ключевом британском предприятии.
Фермеры и сектор HoReCa окажутся под ударом первыми и сильнее всего. Запасов у отрасли почти нет, государственные резервы — временное решение. Одновременно под угрозой окажутся поставки сухого льда для хранения крови, органов и вакцин, а также работа гражданских ядерных объектов.
Геополитический контекст: Ормуз, как новая Ахиллесова пята
Ормузский пролив — классический геополитический «Чок-пойнт» (Choke point / Узкое место)». Иран неоднократно угрожал его закрытием в ответ на удары Израиля и США.
Даже частичная блокада или «теневая» война на море (мины, дроны, атаки на танкеры) уже приводит к росту фрахтовых ставок и энергетическому шоку.
В 2022 году похожий кризис CO₂ случился из-за войны в Украине и скачка цен на энергоносители. Сегодня повторяется та же схема, только триггером стала ближневосточная эскалация.
Для Британии, вышедшей из единого европейского рынка и сильно зависящей от глобальных цепочек, это особенно болезненно. Страна импортирует значительную часть энергоносителей и химикатов.
Постбрекзитская логистика, ориентированная на минимальные запасы, работает отлично в мирное время, но превращается в слабость при любом внешнем шоке. Плюс совпадение по времени с Чемпионатом мира по футболу FIFA (начало 11 июня 2026 года) — дополнительный удар по имиджу и настроениям потребителей.
Реакция властей: планирование или паника?
Премьер-министр Кир Стармер лично инициировал глубокий анализ по устойчивости экономики. Правительство уже возобновило работу завода Ensus в Тиссайде в марте 2026 года именно для производства CO₂. В рамках Turnstone обсуждаются экстренные меры:
- принудительное переключение заводов на 100 % выпуск CO₂ за счёт остановки основного производства;
- принятие чрезвычайного законодательства за считанные дни (Civil Contingencies Act);
- смягчение антимонопольных норм для приоритизации поставок в здравоохранение;
- компенсации бизнесу в десятки миллионов фунтов.
Бизнес-секретарь Питер Кайл подчеркнул: это не прогноз, а плановые учения. Либеральные демократы, напротив, требуют опубликовать полный отчёт и обвиняют «безрассудную войну Трампа» в угрозе британским полкам.
Более широкий взгляд: уроки для глобальной безопасности
Этот кейс — классический пример того, как региональный конфликт мгновенно превращается в глобальный продовольственный риск.
Современная продовольственная система — это не только фермы и поля, но и энергия, химия, логистика и геополитика. Углекислый газ здесь лишь симптом. Реальная проблема — чрезмерная зависимость от узких мест: Ормуз, Тайваньский пролив, Суэц, Панама.
Для Лондона это сигнал тревоги. Британия уже пережила инфляцию на продукты из-за войны в Украине. Теперь даже «ограниченный» ближневосточный конфликт бьёт по карману и по престижу.
Долгосрочный выход — не только диверсификация поставок и увеличение стратегических резервов, но и реальная стратегия продовольственного суверенитета: поддержка отечественного производства, инвестиции в альтернативные источники CO₂ (биоэтанол, прямой захват из воздуха), развитие устойчивых цепочек.
Пока же правительство делает всё возможное, чтобы граждане не заметили разницы. Но утечка The Times уже сделала своё дело: британцы снова вспоминают, что в глобализированном мире война где-то далеко может оставить тебя без привычного воскресного жаркого. А это уже не просто экономика — это вопрос национальной безопасности XXI века.
Кавказ-Центр
